Меню

Экономическаяпреступность сегодня

26 Фев 2024, Понедельник, 11:32
5.03.2010

Азбука рейда

В условиях финансово-экономического кризиса традиционное рейдерство, основанное на юридических манипуляциях, пошло на спад (см. статьи «Антирейд-1: Дело за малым» и «Антирейд-2: Новые русские рейдеры»). Однако рейдерские угрозы с опорой на новые экономические модели и информационные ресурсы, наоборот, возрастают.

Впрочем, по большому счету, как выяснилось, новые способы и методы захватов – это всего лишь несколько обновленные старые. Об основных разновидностях актуальных сегодня схем противоправного захвата предприятий и бизнеса мы поговорили с членом комитета по безопасности предпринимательской деятельности российской Торгово-промышленной палаты (ТПП), преподавателем Академии народного хозяйства при правительстве РФ, профессором Александром Богатиковым.

– Александр Александрович, какие методы сейчас чаще всего используются в рейдерских атаках?

– Я бы выделил две основные группы – долговые и коррупционные, они безусловно захватили пальму лидерства. В долговых, в свою очередь, можно выделить три разновидности поглощения бизнеса: с использованием кредиторской задолженности, бюджетной задолженности и с использованием залога.

По отдельности они применяются редко, чаще можно встретить их комбинации.

– Каковы отличительные особенности каждого из методов?

– В схемах с использованием кредиторки самое важное – получение информации о финансовом состоянии предприятия, а точнее – о финансовой устойчивости и ее пределах. После того, как эта информация собрана, агрессор приступает к скупке кредиторской задолженности предприятия, и чем больший ее объем он консолидирует, тем больше у него шансов поглотить бизнес без особого риска.

Схема с бюджетной задолженностью представляет собой яркий пример использования механизмов принуждения государства в частных интересах. Она, пожалуй, стоит на стыке долговых и коррупционных методов. Для ее реализации агрессор вступает в сговор с сотрудниками того ведомства, в полномочиях которого оказалась долги предприятия, способные вызвать «перекос» в его финансовом положении. Ими могут оказаться любые госорганизации, куда предприятие должно осуществлять отчисления. Например, фонд государственного пенсионного страхования или фонд обязательного социального страхования. Однако чаще всего ведомством давления избирается федеральная налоговая служба, права которой четко прописаны в Налоговом кодексе РФ, при этом в отношении экономической деятельности предприятия они достаточно широки. При этом видимая часть активной деятельности может представляться как самостоятельная работа государственного органа по принудительному погашению кредиторской задолженности перед бюджетом.

Схема использования залога в целях поглощения бизнеса или активов – это по сути прикладной или дополнительный метод, который используется при поглощении предприятия, в том числе и через права на кредиторскую задолженность. Участниками реализации этой схемы обычно выступают банки-кредиторы, с которыми компания заключила договор о кредитовании под залог имущества. Они могут действовать от своего лица или привлечь группу профессиональных рейдеров.

Что касается коррупционных методов противоправного захвата предприятий и бизнеса, то их актуальность в российских условиях постоянного нахождения отечественного бизнеса на минно-подрывном поле, никогда не теряла своей актуальности, привлекательности со стороны рейдера и простоты исполнения. Эта схема представляет собой одну из самых примитивнейших, но, тем не менее, массово применяемых. Впрочем, ее примитивность не снижает ее эффективности, поскольку основной ее рычаг довольно жесткий – это лишение руководителей и собственников объекта воли к сопротивлению и добровольный выбор продажи бизнеса вместо привлечения к уголовной ответственности. Поглощение бизнеса по этой схеме может быть организовано как традиционным заказчиком поглощения, с привлечением специализированных рейдерских ОПГ, так и самостоятельно профессиональным агрессивным участником рынка слияний и поглощений, которому необходимо выгодно реализовать накопленный коррупционный силовой административный ресурс.

Коррумпированные сотрудники правоохранительных органов, а это, как правило, сотрудники следственных органов и надзирающей прокуратуры, выступают в реализации такой схемы как активные соучастники. Однако их соучастие труднодоказуемо, поскольку их действия выглядят как самостоятельные.

– С чего начинаются рейдерские атаки, задействующие коррупционные схемы?

– Применению этой схемы предшествует активный сбор информации, с акцентом на информацию компрометирующего характера. Если таковой недостаточно для уголовного преследования, то прибегают к фальсификации документов и подтасовке фактов.

После этого проводится ряд проверок предприятия, цель которых – выявление признаков наличия состава преступления. Впрочем, эти признаки могут быть открыты в заявлении любого лица в правоохранительные органы, а проверка, проводимая в порядке ст.144 Уголовно-процессуального кодекса РФ, может подтвердить признаки действительного наличия состава преступления в действиях руководства предприятия или в действиях собственников бизнеса. Таким образом, предприятие и его руководство оказываются перед реальной угрозой возбуждения уголовного дела и привлечения к уголовной ответственности.

– И становятся более сговорчивыми?

– Бесспорно. Как только угроза уголовного преследования становится явной и неотвратимой, агрессор выходит с предложением о решении проблем под условие заключения сделки на выгодных для него условиях. Это может быть и покупка всего бизнеса по заниженной цене, и кредитование предприятия на невыгодных условиях под залог имущества, и покупка части активов.

– Что происходит в случае отказа?

– Тогда наступает следующий этап: демонстрация жесткого давления на руководство предприятия, как правило, это возбуждение уголовного дела. Как только заказное дело возбуждено, у рейдера открываются широкие возможности. В рамках уголовного преследования можно оказывать давление на управляющих акционеров и руководство, физически блокировать руководителей предприятия, заключать их под стражу, арестовывать имущество, денежные средства на счетах, передавать имущество на ответственное хранение тому же агрессору.

Подойдет и публикация информации с предложением обращаться по известным фактам нарушения закона объекта давления.

В случае если бизнес крупный и обладает высокой стоимостью, в отношении его руководителей и собственников может быть проведен массированный недружественный PR, грозящий полным уничтожением репутации как бизнеса, так и его руководителей.

– И что, никак этому нельзя противостоять?

– Возможные жалобы руководства и собственников поглощаемого бизнеса могут блокироваться на уровне местной прокуратуры и прокуратуры субъекта федерации. Но если уровень предприятия крупный, возможные ответные действия могут блокироваться на всех уровнях надзорного ведомства.

Кроме того, вы же знаете, как у нас действует система рассмотрения жалоб в правоохранительных органах – как правило, они по законам искусственной циркуляции снова спускаются к конкретному чиновнику, который уже давал отказ. Естественно, что даже в отсутствии коррупционной заинтересованности, он будет вынужден его повторить, дабы подтвердить обоснованность первоначального решения. Таким образом, заявители могут предстать перед картиной абсолютной глухости и бездействий всей правоохранительной системы.

– Что же остается делать собственнику?

– Учитывая что деятельность предприятия после проведения мероприятий в рамках уголовного дела будет, скорее всего, заблокирована, учредители встанут перед проблемой возрастания долгов по кредитованию и за счет санкций по неисполненным обязательствам.

Таким образом, ситуация будет максимально соответствовать условиям для того, чтобы агрессор сделал очередное предложение о заключении выгодной для него сделки.

Если собственники снова не захотят дешево продать свой бизнес, они подвергнутся новой атаке, параллельно с которой может начаться скупка долгов или же их фальсификация и признание в судебном порядке. В дальнейшем в отношении такого проблемного предприятия может быть реализована схема поглощения через кредиторскую задолженность и банкротство компании.

Кроме того, организовав давление на руководство и собственников предприятия, агрессор может приступить и к другим криминальным схемам захвата, таких как подделка документов предприятия, в том числе и учредительных, назначение на основании поддельных документов руководителя поглощаемого бизнеса, изготовление и регистрация документов об отчуждении активов предприятия, либо подделкой документов об отчуждении управляющих пакетов акций или недвижимости предприятия.

Рейдер может также попытаться выкупить контрольный пакет долей или акций предприятия, если он распылен на множество лиц, по заниженной цене за счет того, что бизнес представляется проблемным.

Если же компания-объект согласится на сделку, то выбор у нее невелик: добровольная продажа контрольного пакета или иная форма значительного участия агрессора в управлении предприятия, кредитование предприятия под залог его активов, кабальная сделка по прямому кредитованию предприятия, или же сделка по внесению имущества или управляющих пакетов в уставный капитал вновь образовываемого предприятия.

– Давайте перейдем к менее жестким методам. Если мы, например, говорим об использовании кредиторской задолженности – можно ли как-то противостоять ее скупке?

– К сожалению, это практически невозможно. Рейдер в данном случае обладает всеми необходимыми правами, поскольку в соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса РФ для перехода к другому лицу прав кредитора согласие должника не требуется. Более того, деятельность по консолидации как правило, проходит в условиях строжайшей секретности, пока у агрессора не соберется необходимый объем кредиторской задолженности, или пока не возникнет необходимость в аресте недвижимости.

– У кого скупаются долги?

– Особенное значение для агрессора имеет просроченная задолженность, которую можно купить с дисконтом. Продавцами кредиторской задолженности могут быть и контрагенты в обычной деятельности, поставщики и покупатели, обладающие правами кредитора, и банки, обладающие правами кредитора по кредитным договорам, и держатели векселей и иных обязательств предприятия, и иные держатели просроченных обязательств предприятия, установленные судом.

– И что происходит дальше?

– Используя информацию о финансовом состоянии, агрессор в состоянии определить объем критической массы кредиторской задолженности, то есть такой величины долга, при одновременном предъявлении к взысканию которого в финансовой деятельности предприятия неизбежно произойдет «перекос», который по цепной реакции вызовет целый вал неблагоприятных последствий. Это, например, разрушение действующих хозяйственных связей, отмена важных сделок, в том числе по кредитованию, арест имущества судебными приставами, арест денежных средств на счетах предприятия, невозможность обеспечить исполнение обязательств, увеличение массы долга на сумму штрафов и пеней.

Для усиления эффекта от выставления к оплате консолидированного долга агрессор может позаботиться о том, чтобы предприятие на момент атаки не обладало достаточным количеством денежных средств. В этих целях агрессор может попробовать прекратить или резко сузить финансовые потоки, которыми питается предприятие, договорившись с контрагентами и банком предприятия.

– Это тоже законно?

– В принципе, достижение такого рода коррупционной договоренности может рассматриваться через призму состава преступления, предусмотренного ст. 204 Уголовного Кодекса РФ «Коммерческий подкуп». Но это все – слишком отдаленная перспектива, а бизнес погибает прямо сейчас.

После блокирования финансовых потоков агрессор, чтобы минимизировать дальнейшие затраты, может выступить с предложением о заключении сделки на кабальных условиях. Если же собственник предприятия не соглашается, он может «получить» ряд заказных проверок контрольных органов. Их цель – сбор материала, на основании которого в отношении руководителей предприятия можно было бы возбудить уголовное дело. К чему это может привести, вы уже знаете.

– Какие возможности есть у рейдера, кроме использования связей в правоохранительных органах?

– Он может самостоятельно, выступая кредитором, или при помощи заинтересованных лиц обратиться в арбитражный суд с иском о признании предприятия банкротом.

В результате скупки обязательств предприятия, агрессор может консолидировать такой объем кредиторской задолженности, который позволит гарантировать принятие необходимых ему решений, собранием (или комитете) кредиторов. Желаемый объем кредиторской задолженности для агрессора – более 51 % от общей массы кредиторской задолженности предприятия.

Инициированная процедура банкротства является основанием для ограничения полномочий всех органов управления предприятия и перехода этих полномочий в руки внешнего управляющего. Агрессор, если он обладает крупным пакетом кредиторской задолженности, может влиять на процесс его выбора, а также вступить в сговор с управляющим. Внешний управляющий может заключить ряд кабальных сделок с представителями агрессора, арестовывать имущество и снимать аресты, иными способами способствовать дальнейшему разорению предприятия и установлению над ним контроля. Комплекс подобных действий может способствовать скорейшему введению в отношении объекта процедуры конкурсного управления.

– Что нужно для задействования схемы с банкротством?

– Основанием для принятия решения о признании предприятия банкротом, в соответствии с Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» является просрочка платежей, размером свыше 100 тысяч рублей на срок свыше 3-х месяцев. Для достижения эффекта просрочки агрессор может имитировать обращение к предприятию с использованием рейдерских почтовых технологий, обеспечивающих доказательства уведомления. Это когда высылаются, например, пустые письма. В данном случае рейдер их использует для «уведомления» о покупке прав кредитора и для требования об оплате задолженности.

И дальше, вступая или не вступая в коррупционный сговор с судьями, агрессор может добиться принятия решения о признании предприятия банкротом и введении в отношении него процедуры внешнего управления. В соответствии с законом это влечет прекращение полномочий всех органов управления предприятия, а все полномочия по руководству переходят к внешнему управляющему.

И затем у рейдера есть на выбор ряд вариантов. Во-первых, он может воспользоваться правами, предусмотренными ст.ст. 71.1, 85.1, 112.1, 113, 129.1 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и самостоятельно погасить кредиторскую задолженность предприятия перед третьими лицами. В результате у него появится возможность поглотить предприятие. Во-вторых, можно попробовать принудить руководство и собственников предприятия заключить сделку с ним на выгодных для него условиях. В-третьих, – вывести имущество через конкурсное производство. Если агрессор войдет в сговор с арбитражным управляющим и организатором торгов, то он обеспечит себе колоссальный коммерческий успех от такой сделки. В дальнейшем имущество может быть еще раз перепродано на одного или группу «добросовестных приобретателей», что еще больше обезопасит применение схемы.

– Какие еще тактические приемы используются рейдерами в этой схеме?

– Можно усугублять ситуацию в глазах общественности и собственников бизнеса при помощи недружественного PR против предприятия, которым могут заниматься опытные PR-агентства по заказу агрессора. Конечная их цель – придать бизнесу сомнительную репутацию, нанести ущерб репутации руководителей или собственнику, если они обладают достаточно опасными для агрессора административной поддержкой и определенной популярностью. Особенно удачно этой цели соответствуют компрометирующие данные, которые агрессор старается собрать, купить или выдумать.

Как итог, на выходе получаем: работа предприятия остановлена, хозяйственные и административные связи нарушены. И в этот момент агрессор может на свой выбор продолжить банкротство и выкупить активы через торги, организуемые в рамках конкурсного производства, предложить собственникам продать свой бизнес по заниженной цене под гарантии решения возникших проблем, или же предложить руководству и собственникам вступить в сделку, которая введет бизнес в еще более худшую ситуацию, чтобы реализовать в дальнейшем поглощение бизнеса по заниженной цене.

– Что самое важное в схемах с бюджетной задолженностью?

– Как я уже говорил, здесь главное – использование механизмов принуждения государства. Но не менее важный момент – и правильный выбор момента атаки. Можно использовать уже существующую задолженность по оплате бюджетных платежей, и тогда моментом выбирается период возникновения просроченной задолженности по платежам в бюджет. А можно сделать так, что атаке будет предшествовать необходимость срочного погашения части долга, выставленного агрессором, что вызывает просрочку в оплате платежей в бюджет. Для этого рейдер сначала консолидирует иную кредиторскую задолженность компании-объекта, отдавая предпочтение просроченной и подтвержденной судебными актами. Так же, как и в разборе предыдущего метода, изыскиваются способы для ограничения возможности для компании-объекта оперативно найти средства на погашение любой крупной кредиторской задолженности.

– Какие же государственные механизмы принуждения используются в рейдерских атаках?

– У налоговой инспекции есть право на приостановление операций по счетам, установленное ст. 76 Налогового кодекса РФ. В соответствии с этой статьей можно приостановить операции по расчетному счету предприятия, решение об этом принимается руководителем налогового органа по факту неоплаты требования об уплате налога. Причем, оно в безакцептном порядке исполняется банком, факт воли или мнение должника при этом не учитывается, равно как и его обещания быстро оплатить образовавшуюся задолженность.

Это запросто может привести к блокированию работы предприятия. А поскольку налоговая задолженность имеет свойство расти, у налоговой службы неизбежно возникнут основания и к аресту имущества в соответствии со ст. 77 Налогового кодекса РФ, что она не замедлит сделать. Более того, арест может усиливаться передачей арестованного имущества на ответственной хранение другому лицу в соответствии с п.11 ст.77 Налогового кодекса РФ. Данный факт также может привести предприятие к невозможности осуществлять свою деятельность.

В дальнейшем, налоговая служба может в соответствии с п.п.7,8 ст. 46, ст. 47 НК РФ обратить взыскание на арестованное имущество и денежные средства предприятия, и в зависимости от его размера решать вопрос об инициировании процедуры банкротства. А в ходе исполнения решения о взыскании задолженности, арест на имущество предприятия и его денежные активы наложит судебный пристав-исполнитель, в соответствии с п. 1 ст. 64 Закона РФ «Об исполнительном производстве».

– Немало.

– Кому как. Все эти действия налоговой могут усиливаться новыми самостоятельными действиями кредитора, такими как судебными тяжбами о взыскании купленной агрессором кредиторской задолженности, в ходе которых могут выставляться требования о применении обеспечительных мер в виде ареста имущества и денежных средств компании-объекта, проведением заказных проверок иными ведомствами, возбуждение заказных уголовных дел по реальным или сфальсифицированным основаниям, в ходе которых также могут накладываться аресты на денежные счета и имущество компании-цели, а также арестом руководителей компании.

Помимо этого, в удобный момент агрессор может выставить к взысканию значительную часть накопленной кредиторской задолженности и также инициировать процедуру банкротства.

– Перейдем к залоговым методам. С чего здесь все начинается?

– Исходная точка начала реализации залоговой схемы – либо подтверждение информации о финансовых затруднениях в деятельности компании, либо информация о желании компании привлечь крупные финансовые ресурсы под залог имущества.

Впрочем, сделка кредитования под залог может заключаться и в ходе уже начавшегося захвата предприятия. Например, во время судебного процесса заключается мировое соглашение, на которое руководство предприятия идет под угрозой ареста имущества и средств на счетах.

– Каковы основные принципы залоговых методов?

– Ничего нового. Залоговая схема реализуется исходя из того же принципа, что и в долговых – эксплуатации естественного или искусственно созданного финансового «перекоса» в деятельности компании.

Объектом залога может выступать недвижимость предприятия, либо все предприятие как имущественный комплекс. Предприятию в сложный момент также может быть предложен вариант кредитования под залог управляющих пакетов предприятия (более 51 % акций). В условиях дефицита финансовых средств руководитель и собственники предприятия, особенно когда они совпадают в одном лице, обычно соглашаются порой на самые жесткие условия кредитования.

– Что же дальше?

– В дальнейшем события разворачиваются по известным сценариям.
Заключая договор о кредитовании предприятия, агрессор создает предпосылки возникновения условий, в которых предприятие неспособно выплатить свой долг.

Для этого могут быть использованы как легальные инструменты – к примеру, включение в договор кредитования права требовать досрочного погашения обязательств в случае снижения стоимости залогового имущества. И при этом – что немаловажно – оговаривается признание данных только аккредитованных банком оценщиков. Когда в разгар повседневной деятельности резко останавливается кредитование предприятия и единовременно взыскивается вся сумма долга, обеспеченного «обесцененным» активом или пакетом акций (долей), должник может мгновенно встать на грань банкротства.

– То есть, чтобы обезопасить себя, достаточно не заключать договоры со столь жесткими условиями?

– Это не панацея, ведь условия невозможности погашения кредита могут быть созданы и искусственно. Агрессор может пойти на сговор с партнерами и контрагентами компании-объекта поглощения о прекращении и приостановлении исполнения хозяйственных сделок, договориться о приостановлении энергоснабжения, водоснабжения, блокировании важных коммуникаций. Можно вступить в коррупционный сговор с чиновниками из различных ведомств и правоохранителями. Договорившись с чиновником налоговой службы, агрессор может добиться наложения запретов на операции по счетам предприятия, при этом «по ошибке» чиновника, такие запреты могут не быть сняты своевременно. При наличии долговых обязательств и исполнительных листов, вступив в сговор с судебным приставом, агрессор может добиться этого же результата, в то время, как пристав будет затягивать производство для того, чтобы аресты имущества и средств на счетах продержались как можно дольше. Имея на руках доказательства для возбуждения уголовных дел, либо сфальсифицировав их, а также вступив в коррупционный сговор с сотрудниками правоохранительных органов, агрессор может добиться возбуждения уголовного дела. Вариантов множество, все они ограничиваются только фантазией рейдера.

И тогда остановка бизнеса и работы предприятия неизбежно приведут к созданию условий для неоплаты кредиторской задолженности и возникновению условий для обращения взыскания на заложенное имущество.

– Каковы дальнейшие шаги агрессора?

– Это зависит от того, какое имущество заложено и от конечных целей реализации. Если заложено все предприятие или если в целях – только захват имущества, то можно купить имущество на торгах по договоренности с организатором торгов значительно дешевле. А затем, обезопасив сделку еще одной, вывести имущество на «добросовестного приобретателя».

Если заложенное имущество представляет значительную часть активов предприятия, обеспечивающих технологическую цепочку производства, то агрессор может приобрести его и использовать для блокировки процессов в целях дальнейшего поглощения всего бизнеса. Или же использовать владение активами как аргумент для принуждения руководства и собственников к сделке с кабальными условиями. В конце концов, можно и просто ограничить доступ и возможность пользования этими активами.

Если заложенное имущество – управляющие пакеты, то агрессор может в ходе собрания акционеров легко сменить руководство, вывести имущество и полностью захватить бизнес, не ограничиваясь заложенным пакетом.