Меню

Экономическаяпреступность сегодня

22 Июн 2017, Четверг, 23:39
3.02.2016

Судебным галопом по Европам

 Российские банки все чаще преследуют своих заемщиков в судах за границей. Сегодня уже никого не удивляет, когда в суде Лондона сражаются за суммы с девятью нулями и в твердой иностранной валюте. Когда же речь идет о меньших деньгах, многие банки предпочитают спустить дело на тормозах, полагая, что добиться взыскания долгов за границей будет сложно, а огромные судебные издержки съедят всю выгоду даже в случае положительного решения. Тем не менее, удачные примеры взыскания сравнительно небольших сумм существуют. Наиболее яркий – случай Газпромбанка, который в течение 13 лет последовательно добивался исполнения судебного решения московского районного суда в четырех юрисдикциях, три из которых — европейские. В результате долг в $9 млн удалось погасить практически полностью.

Россия

21 января 2016 года Газпромбанк подписал мировое соглашение с одним из своих заемщиков – французом Морисом Бенсадоном. Это событие фактически поставило точку в истории, которая началась в далеком 2003 году. Тогда Газпромбанк выдал два кредита принадлежавшей Бенсадону компании «Жан Лион» на общую сумму около $9 млн. Гарантией по кредитам должно было стать личное поручительство француза, на тот момент постоянно проживавшего в России.

В 2004-м «Жан Лион» обанкротился, так и не возвратив заем. Черемушкинский суд Москвы, который, согласно договору поручительства, должен был рассматривать все споры, связанные с этим делом, взыскал с Бенсадона 214 млн рублей. Но пока это решение вступило в законную силу, заемщик успел покинуть страну. Исчерпав все возможности взыскать долг в России, Газпромбанк начал поиски поручителя за рубежом.

Франция

В Газпромбанке логично предположили, что, раз Морис Бенсадон француз, то и его имущество должно быть во Франции. Так и оказалось. Банк выяснил, что семья Бенсадона жила в Париже на улице Крозатье в собственном доме. Кредитор обратился во французский суд с иском об исполнении (экзекватуре) решения Черемушкинского суда и одержал победу во всех инстанциях. На это ушло около восьми лет, но решение, вынесенное 13 января 2013 Кассационным судом (аналог Верховного суда в России – прим. ред.) дало, наконец, возможность обратить взыскание на имущество должника во Франции. В результате двухэтажный особняк на улице Крозатье был арестован.

Однако стоимость дома, земельного участка под ним и машиноместа в подземном гараже не покрывала всей суммы долга. Недвижимость оценивалась примерно в два миллиона евро, к тому же Бенсадон имел право лишь на половину — из-за режима совместной собственности с супругой. Часть дома на улице Крозатье супруги Бенсадон сдавали в аренду приблизительно за 2,5 тысячи евро в месяц – на эти деньги также был наложен арест. Но и это не позволяло погасить задолженность целиком.

Возможно, другой кредитор смирился бы с потерями и предпочел бы выйти из этой истории с тем, что есть. Но руководство Газпромбанка заняло принципиальную позицию. Как пояснил Олег Титаренко — вице-президент банка, курирующий работу с проблемными активами, — ставка была сделана на планомерную работу по поиску других источников дохода Бенсадона. Эта стратегия, в конечном счете, и принесла результат.

Нидерланды

Следы Бенсадона обнаружились в Роттердаме, где, как оказалось, он работал в транснациональной корпорации Glencore. В Голландии у Бенсадона также нашлась квартира и банковские счета, на которые поступала заработная плата (француз был высокооплачиваемым специалистом).

Газпромбанк начал разбирательства в Нидерландах и добился наложения досудебного ареста на имущество Бенсадона, а затем подал иск об экзекватуре (исполнении) решения Черемушкинского суда на 87 млн рублей. В мае 2012 года суд Роттердама удовлетворил иск Газпромбанка. Год спустя, в мае 2013-го, это решение по формальному критерию отменила апелляционная инстанция. Но кассационный суд осенью 2014 года вынес окончательное решение в пользу банка, обязав француза выплатить долг, а также оплатить судебные издержки. В ходе принудительного взыскания в Голландии банку удалось получить с Бенсадона около 120 тысяч евро.

Чехия

Бенсадон, однако, тоже не собирался спокойно сидеть и отдавать свою зарплату до момента полного погашения кредита. Он снова сменил место прописки, перебравшись в Прагу, где продолжил работу в чешском подразделении компании Glencore.

На этот раз дорожка была уже вполне проторенной: Газпромбанк прибег к проверенному средству и запустил процедуру экзекватуры в Чехии. Имущества в этой стране у Бенсадона не было, но была неплохая зарплата – на нее Газпромбанк и нацелился. В результате решение в пользу российского банка принял районный суд Праги по 1-му округу, назначив частного исполнителя и наделив его необходимыми полномочиями. Бенсадон сначала подал апелляцию, но потом сдался и предложил кредитору мировое соглашение.

За вычетом сумм, возврата которых банку удалось добиться раньше, остаток долга Мориса Бенсадона составлял около 81 млн рублей. В рамках мирового соглашения была достигнута договоренность об уплате 800 тысяч евро. Учитывая актуальные валютные курсы, дисконт, на который пошел Газпромбанк, оказался совсем невелик. То есть, фактически банку удалось вернуть свои деньги после почти 13 лет судов.

Терпение и труд все перетрут?

Стоила ли игра свеч? Эксперты считают, что да: эффект от упорства Газпромбанка может оказаться долгоиграющим.

«Многим покажется, что это слишком долго, хлопотно и дорого, — говорит адвокат парижского офиса компании Foley Hoag AARPI Иван Уржумов. – Но если банки будут списывать такие долги, у заемщиков может сформироваться ошибочное представление, что стоит им скрыться за границей, и все сойдет с рук. Газпромбанк, добиваясь возврата даже сравнительно небольших сумм, выполняет важную социальную функцию – участвует в воспитании культуры заемщика. Кроме того, его опыт исполнения решений российских судов в иностранных юрисдикциях, скорее всего, в перспективе поможет другим компаниям. В следующий раз, вполне возможно, российскому кредитору удастся добиться экзекватуры в Европе быстрее и легче».

С Иваном Уржумовым согласен адвокат бюро «Андрей Городисский и партнеры» Дмитрий Любомудров. «Во многих государствах правила признания и приведения в исполнение формируются судебной практикой. Даже во Франции, хотя она и считается страной континентального права, т.е. страной писаного права, страной кодексов», — считает он.

Что же касается дороговизны разбирательств, то, по словам Ивана Уржумова, в случае вынесения решения об экзекватуре значительную часть судебных издержек удается переложить на ответчика.

Экономический кризис учит российский бизнес считать деньги. И те суммы, которые пару лет назад могли показаться копеечными, не стоящими серьезных усилий, теперь выглядят совсем иначе – особенно если они номинированы в долларах, евро или британских фунтах. Можно ожидать, что в ближайшее время кредиторы станут принципиальнее относиться к взысканию даже некрупных задолженностей. Тем более что европейские суды, несмотря на охлаждение отношений с ЕС в политике, продолжают выносить решения в пользу российских кредитных организаций.