Меню

Экономическаяпреступность сегодня

29 Фев 2024, Четверг, 04:36
3.06.2013

Амнистия для предпринимателей

На вопросы ЭПС отвечает один из авторов проекта предложений по предпринимательской амнистии, вице-президент Общероссийской общественной организации «Деловая Россия», исполнительный сопредседатель Центра общественных процедур «Бизнес против коррупции» Андрей Назаров.

— Андрей Геннадьевич, какова ваша роль в разработке проекта предпринимательской амнистии?

— Я работаю над этой темой достаточно давно. Я вел ее в Госдуме пятого созыва в качестве первого заместителя Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству, продолжаю и сейчас. В некотором смысле я нахожусь в самом эпицентре этой работы, так как являюсь сопредседателем Центра общественных процедур «Бизнес против коррупции», который разбирает конкретные случаи по уголовному преследованию предпринимателей. Кроме того, по предложению Бориса Титова (уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей — ЭПС) я был назначен общественным уполномоченным по уголовному преследованию предпринимателей.

— Кто еще, кроме вас, принимает участие в разработке проекта?

— Во-первых, при уполномоченном [при президенте РФ по делам предпринимателей] есть экспертный совет, в который входит достаточно много специалистов, а возглавляет его известный юрист Михаил Барщевский. В рамках этого совета есть рабочая группа, которой руковожу я. Эта группа и отвечает за разработку проекта амнистии.

Во-вторых, в данный момент я занимаюсь созданием рабочей группы, которая будет сформирована из представителей Главного правового управления Администрации президента, Генпрокуратуры и аппарата уполномоченного. Эта группа должна будет доработать проект амнистии предпринимателей.

— Тот самый проект, который президент назвал сырым…

— Для нас не было удивительным, что Владимир Владимирович [Путин] назвал его сырым. На самом деле мы и не собирались на тот момент делать проект не сырым, поскольку понимали, что без согласия президента нет смысла его дорабатывать. Мы подготовили черновик, отдали его в ГПУ президента, там его изучили и выработали ряд своих позиций. Президент указал нам на сложные моменты, например, упомянул статьи, по которым, как он считает, амнистировать не стоит.

Изначально в наш черновик попало около пятидесяти статей Уголовного кодекса. Это 40 статей из 22-й главы, которая так и называется, «Преступления в сфере экономической деятельности», и еще ряд других, например, 159, 160, 165 («мошенничество», «присвоение или растрата», «причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием» — ЭПС), которые, как нам кажется, наиболее часто применяются против предпринимателей. Президент сказал, что незаконный экспорт материалов двойного назначения не должен подпадать под амнистию, а эта статья как раз из 22-й главы. Поэтому теперь в ходе доработки мы ограничиваем количество статей, на которые, по нашему мнению, должна распространяться амнистия. Первоначальный список уменьшится примерно на 20 пунктов, останется порядка тридцати статей.

— Злоупотребление полномочиями, совершенное не чиновником, а менеджером частной компании, подпадает в вашем проекте под амнистию?

— В нынешнем варианте проекта нет. Какая разница, кто взял взятку? Коррупцию нельзя отнести к предпринимательской деятельности. Кстати, первое ограничение для амнистии, которое мы сами же предлагаем, – она должна распространяться только на тех, кто совершил преступления в сфере предпринимательства.

— А как по формальным признакам это определить?

— Очевидно, что преступления в сфере экономики необязательно совершаются в сфере предпринимательской деятельности. Например, чиновник совершил экономическое преступление. Но он же не предприниматель, и мы это понимаем. Или кто-то на вокзале кого-то обманывал. Это 159-я статья, мошенничество, но здесь нет речи о бизнесе. А вот в отношении предпринимателей часто по 159-й статье возбуждаются дела в случае, когда имеет место неисполнение договорных обязательств. Это должно рассматриваться в арбитражном процессе, а не в уголовном. Тем более что до принятия изменений по 159 статье в 95% случаев возбуждали уголовные дела вообще без заявления потерпевших. То есть потерпевшая сторона не считает себя потерпевшей, но, тем не менее, кого-то осудили. Эти люди, конечно, должны попасть под амнистию.

Надо сказать, что в Уголовном кодексе действительно нет определения предпринимательской деятельности, и мы выступаем за то, чтобы такая дефиниция в нем появилась. Пока используется Постановление Пленума Верховного суда, которое разъясняет, что нужно применять определение из Гражданского кодекса. Мы с этим не согласны. Там в основном идет речь об индивидуальных предпринимателях, зарегистрированных в установленном законом порядке. То есть, по сути, это ИП, но мы-то понимаем, что предпринимательство это не только ИП, это гораздо шире. Президент тоже сказал, что это логично — расшифровать понятие предпринимательской деятельности в Уголовном кодексе. Было бы идеально, если бы эти поправки в УК были приняты одновременно с постановлением об амнистии.

— Каковы другие ограничения для амнистии?

— Второе ограничение – амнистия должна распространяться лишь на осужденных впервые. Третье – мы предлагаем амнистировать только тех, кто к моменту объявления амнистии полностью погасил причиненный ущерб. Чтобы не оставалось людей, которые от неправомерных действий пострадали и не получили компенсацию.

— А если преступление совершено организованной группой?

— Прекрасно известно, что правоохранительные органы часто любого директора вместе с бухгалтером объявляют организованной группой. На наш взгляд, в этом случае применение этого квалифицирующего признака вообще необоснованно. В данном проекте мы этой ошибки не делаем.

— Почему, по вашему мнению, предпринимательская амнистия нужна именно сейчас?

— Первая причина – у нас было несколько этапов по изменению уголовного законодательства, которые мы называем гуманизацией. Логичным продолжением гуманизации является объявление амнистии. За пять лет, прошедших с начала реформ, у нас было осуждено 250 тысяч человек. А многие статьи Уголовного кодекса за это время изменились. Если бы сегодня эти люди совершили те же деяния, их, может быть, вообще бы не наказали – потому что наказание стало значительно мягче. В соответствии с российской Конституцией, законы, которые облегчают участь осужденных, имеют обратную силу. То есть сейчас нам нужно либо пересмотреть все эти дела и судить по новому закону — а это долго и сложно, — либо объявить амнистию.

Вторая причина — люди, которых осудили относительно недавно, даже если уже вышли на свободу, пока не погасили свои судимости. А значит, они поражены в правах, не могут устроиться на работу, взять кредит. Амнистия сделала бы их полноценными гражданами.

И последнее. На наш взгляд, сегодня как никогда обществу нужен сигнал о перезагрузке отношений между государством и бизнесом, и вообще – между государством и гражданами. Мы уходим от репрессивности, которая досталась нам с советских времен, переходим к гуманному подходу. Мы иногда проводим амнистию даже в отношении боевиков на Кавказе, даем людям возможность вернуться к мирной жизни. Почему же мы предпринимателю не можем разрешить вернуться к нормальной жизни, если он оступился? Почему бы ему не предоставить возможность работать на благо страны? По этим причинам мы считаем проведение амнистии целесообразным, логичным и своевременным.

— Есть мнение, что амнистия нужна, поскольку у нас много предпринимателей, осужденных незаконно.

— Если приговор суда вступил в законную силу, мы можем только предполагать, что предприниматель был осужден незаконно. Доказать этого мы не можем. Хотя у нас есть статистика: на 250 тысяч осужденных за те же пять лет было возбуждено 900 тысяч уголовных дел. Понятно, о чем это говорит.

— А если возникает такая ситуация, что человек осужден по нескольким статьям, причем одна из них «экономическая» и подпадает под амнистию, а другие нет?

— В нашем документе применение «предпринимательских» статей в совокупности с другими статьями не предусмотрено, а также есть достаточно большой перечень статей, осужденные по которым под амнистию точно не попадут. Например, это те преступления, которые сопряжены с насилием или угрозой его применения.

— Когда объявляют амнистию, как технически это происходит? Будет ли какой-то орган, который станет рассматривать запросы желающих попасть под амнистию?

— Для того чтобы амнистия произошла, Государственная Дума должна принять два акта: само постановление об амнистии и документ, регулирующий порядок ее применения, в котором будут прописаны все технические детали. В частности, в течение какого времени будет проходить амнистия, как будет проводиться рассмотрение дел, кто будет их рассматривать.

Если следствие по делу еще не закончено, оно может быть прекращено по амнистии, если обвиняемый признает вину и погасит ущерб. Но если обвиняемый намеревается доказывать свою невиновность в суде, то амнистия во время следствия применена быть не может.

— То есть, получается, на этапе следствия есть некоторая дискриминация: вину обязательно надо признать. Тогда как те, кому приговоры уже вынесены, могут попасть под амнистию, и не объявляя себя виновными.

— С юридической точки зрения, если человек осужден, это значит, что его вину установил суд. Что он сам по этому поводу думает, ничего не меняет.

— Нарушители режима в колониях могут не попасть под амнистию, даже если они подходят по другим критериям?

— Злостные нарушители могут и не попасть. Но это уже находится за пределами наших предложений, это будет определять второй документ. Мы его пока не готовили.

— Вам известны позиции ключевых ведомств относительно амнистии для предпринимателей?

— Сейчас мы обсуждаем проект с ГПУ Администрации президента, и мы успешно ищем компромиссы. Генпрокуратура пока находится на стадии подключения к работе.

— Общественное обсуждение проекта предусмотрено?

— Возможно, будет еще рассмотрение в Общественной палате.

— Сейчас в обществе все же довольно скептическое отношение к перспективе объявления предпринимательской амнистии. Многие не думают всерьез, что на это пойдут. Вы сами как считаете: она будет?

— Мое ощущение, что амнистия для предпринимателей будет. Не могу пока точно сказать, как скоро и в каких масштабах, но не исключаю, что уже в этом году на осенней сессии Госдума примет это постановление.

Потребность в амнистии для предпринимателей сейчас высока как никогда. У нас в стране очень низкий процент людей, которые хотели бы заниматься бизнесом. Одна из причин – они боятся. Чтобы убрать этот страх, нужно принимать политические решения. Мне кажется, понимание этого у руководства страны есть.